Любви все подвластно!К двадцати трем годам жизнь Алены сформировалась полностью. В ней была работа менеджером в большой компании, коллекция дисков и уют­ная, хоть и съемная, квартира. Был еще не­кий начальник финансового отдела, муж­чина столь же привлекательный, сколь и недоступный. Свою семейную жизнь он устроил уже лет пять назад, а вот личную продолжал довольно бурно устраивать, предпочитая это делать с помощью уверен­ных в себе брюнеток.

А Алена была блондинкой… Нет, не той, которая, кажется, вот-вот станет реклами­ровать роскошное нижнее белье… Ее во­лосы, мягкие и легкие, как пух новорож­денной птицы, обрамляли очень нежное светлокожее личико. Вся она была тон­кая, светящаяся и как будто чуть-чуть прозрачная. Вернее, она была таковой в лучшие моменты своей жизни: на вы­пускном, в прошлый мамин день рожде­ния, когда начальник финотдела ни с то­го ни с сего подвез ее домой.

«Гадкий утенок»

В другие дни волосы просто свисали по обе стороны чересчур бледного лица, глаза веч­но прятались куда-то в себя, а субтильная фигурка выдавала склонность к болезненности и меланхолии. Нельзя сказать, что­бы Алена не старалась стать другой — нет, она позволяла подружкам таскать себя по магазинам, и глаза ее загорались при виде безумия белых кружев модной блузки… Но блузка устраивалась в шкафу новой хо­зяйки — с тем, чтобы больше уже его не покинуть. Потому что кружева требуют, особо­го настроения, иначе они превращаются в неровно порезанную марлю.

Добрые подруги неу­станно твердили Алене, что она — писаная краса­вица, но… Надо держаться как-то по-другому, почаще улыбаться, взгляд иметь задорный и веселый. Але­на пожимала плечами и обещала попро­бовать, но на следующий день серые глаза снова безжизненно и уныло смотрели в монитор, а блузка чахла дома.

Посиделки в ресторане

В жизни каждой женщины, даже если она совсем не красавица, есть «тот день». В тот самый день Алена была как раз вовлечена в очередной шоппинг, за­вершившийся посиделка­ми в ресторанчике. Алена отдыхала, тихо сидя в угол­ке, подруга Лера дурачилась, осматривая зал:

— Вон та клуша в розовом только что уволилась с рабо­ты… Правда-правда! Дама в фиолетовом… Спорим, от нее ушел муж?! Точно, я тебе говорю! А видишь — вон молодой человек в бордовом свитере и темных джинсах? Мне кажется, что у него личная драма… Между прочим, Ален, он пялится на тебя, да так, что вот-вот прожжет дыру в твоем новом зеленом плаще.

Первые перемены

Алена обернулась. «Бордовый» действи­тельно не сводил с нее глаз. Глаза у него бы­ли — огромные, черные, знойные! В таких глазах застенчивые блондинки тонут це­лыми косяками. Алена, поняв, что тоже идет ко дну, как во сне попрощалась с под­ругами и вышла в ночь.

По дороге ей показалось, что кто-то за ней идет, но обернуться она так и не реши­лась… Дома она сидела с ногами на диване и, капая себе валокордин, мысленно твер­дила: «Ты не создана для тех бурных стра­стей, которые обещали черные глаза. Твоя жизнь — не для жарких романов. У тебя есть работа… Может, потом, когда-нибудь, за кого-нибудь положительного, но сей­час — нет-нет!» Но…

— Вот это плащ! — ахнул программер Андрей, когда Алена на следующий день пришла в офис.

Она собралась привычно смутиться и пройти мимо, но вдруг… послала Андрею чарующий взгляд.

Через полчаса зазвонил телефон:

—  Привет, слушай быстро: вчера чер­ноглазый, как только ты вышла, за тобой стрелой вылетел… Прикинь, как ты его за­цепила, а? Он догнал тебя, кстати? — Лера изнывала от любопытства.

— М… догнал? Нет, пожалуй… Хотя, су­дя по всему, шел до самого дома.

— До дома?! Ничего себе! Ален, ты что?

— Извини, Лерка, я работаю.

Алена положила трубку. Значит, шел за ней именно он, она не ошиблась. Девушка мечтательно улыбнулась.

—Ален, у тебя именины сегодня, что ли? красивая такая, — заметила коллега.

— Скорее, день рождения, — загадочно ответила девушка. — Кстати, сегодня мне бы надо уйти чуть пораньше…. Зайду в са­лон красоты. Прикроешь меня, ладно?

Уже на пороге того самого ресторанчика рассудок, запрятанный под изящно уложен­ной прической, попытался нашептать, что дважды случайных встреч не бывает, что это глупость — прийти сюда… Но, открыв дверь, Алена тут же натолкнулась на жаркий взгляд черных жадных, сверкающих глаз…

Чудесное превращение

Это продолжалось два месяца. Каждый ве­чер она приходила на безмолвное свидание с незнакомцем. Алена пила кофе, а он пожирал глазами ее худенькую фигуру, бледное лицо и крас­ные от возбуждения щеки. Каждый раз она ждала, что он подойдет, а дальше… даль­ше было неважно.

Важно было то, что проис­ходило с Аленой. За несколь­ко недель она превратилась в женщину с какой-то особой, магической красотой. Красотой, сотканной из внутренней готовности принять любовь и быть счастливой.

Подруги, уверенные, что роман с черно­глазым мачо в разгаре, обижались на ее молчание. Коллеги как-то подзабыли, что она только лишь опытная и надежная со­трудница, и стали общаться с Аленой не так, как прежде: мужчины флиртовали, жен­щины обсуждали обновки. И даже началь­ник финотдела, который наконец развелся со своей благоверной, регулярно предла­гал подвезти ее до дома, но Алена упорно отказывалась.

А потом была выставка в художественной галерее. И была там картина под названи­ем «Чахотка», где Алена — переодетая, но отлично узнаваемая, — угасала от этой бо­лезни, которая делает своих жертв столь привлекательными. И был черноглазый моло­дой человек, который смущенно подошел к ней и очень извинялся, что ничего ей не сказал, но что он страшно благодарен судьбе, которая свела их в ресторане. И ей, Алене — за то, что стала моделью, пусть и невольно. И что благодаря картине, написанной специально к конкурсу, у него появилась воз­можность наконец-то уехать учиться за границу… Растерявшись, Алена пролепетала: «Я тоже рада» — и вылетела из салона.

…На скамейке в парке плакала молодая женщина. Прохожие оборачивались — на­до же, такая красавица, а рыдает, не ина­че как любимый бросил. И вряд ли кто-то поверил бы, что красивая, «новая» Алена плачет просто потому, что так открыто и радост­но хотела принять любовь, а любовь…

— Алена?

Она подняла голову. На­чальник финотдела осто­рожно попытался закрыть ее зонтом от начинающе­гося дождя.

— Вы единственная на свете девушка, которая умеет красиво плакать. И все-таки мне бы хотелось развеять вашу грусть…

Алена сорвалась со скамейки и побежа­ла прочь. Нет, дело было вовсе не в том, что она не хотела с ним разговаривать. Ведь еще недавно она и мечтать не могла о внимании этого мужчины! Просто в тот момент ей на­до было побыть одной — поплакать, а может, посмеяться над своей наивностью…

И тот день настанет!

В жизни каждой женщины случается «тот день». И если даже в тот день рядом ока­зался не тот мужчина, но если именно он сумел посмотреть такими глазами, что не­взрачная тихоня расцвела, то в скором вре­мени обязательно появится «тот». Счастье не приходит незваным — счастье любит, чтобы в него верили, его ждали и пекли пироги к его появлению…